В борьбу за наследство вступает…пасынок



Прохор погиб в автомобильной катастрофе. Погиб нелепо. Он имел однокомнатную квартиру в собственности. После сорокового дня собрались самые близкие и стали прикидывать по поводу наследства. Убитая горем мать ни на что не претендовала, но ее старший сын настаивал, чтоб она тоже пошла в нотариальную контору.
- Ну, ты пойми, у меня же дочь-студентка, у нее уже есть жених, свадьба не за горами, а жить им негде, - кипятился Василий. – А тут, на тебе, все отдать жене, которая и двух лет с Прохором не прожила, прости меня Господи, - и он неумело перекрестился. Жена Прохора тоже сильно переживала смерть мужа, поэтому на выпады родственника не реагировала. Было видно, что квартирный вопрос ее занимал не сильно. Василий понимал, что выкупить долю у нее не составит труда, а вот если молодой вдове перейдет вся квартира, то не известно, как ситуация повернется. Их размышления и споры нарушил звонок в дверь. На пороге стояла незнакомая крепкая женщина. Все недоуменно посмотрели на нее. Она же, не дождавшись приглашения, сама переступила порог квартиры и сразу взяла инициативу в свои руки.
- Я слышала, что Прохор разбился, - слегка хрипловатым голосом проговорила пришедшая.
- Да, а вам-то что? Какое вам дело до моего брата? – грубо бросил Василий и вышел на кухню, где маханул очередную рюмку.
- Вы на него не обращайте внимания, переживает, - тихо проговорила мать и спросила, что той нужно.
- Я по поводу наследства, - как-то скороговоркой выдохнула пришедшая женщина, - хотела бы вместе пойти к нотариусу, чтоб в одной конторе открыть наследственное дело.
- Что? Какое наследство? Ты кто такая? – Из кухни выскочил Василий с перекошенным от злобы лицом и готов был взашей вытолкать пришедшую, но мать встала между ними и шикнула на сына. Тот слегка остыл.
- А вы кто? Поясните! – тихо проговорила мать, глядя на высокую статную женщину.
- Я - Алевтина, - тут она запнулась, не зная как представиться, но потом закончила фразу. – Одним словом, у нас с Прохором имеется сын. После таких слов наступила тишина, которую первым нарушил опять же Василий.
- Ну, дела, - только и смог он проговорить. – А почему же мы об этом ничего не знаем? – Василий уставился на пришедшую, буравя ее ненавистным взглядом. Мать же, после такого поворота дела, пригласила незнакомку на кухню, где та поведала простую и бесхитростную историю. Встречались, забеременела, родила. Прохор отцовство признал, даже алименты изредка присылал, но совместная жизнь не получилась.
- Значит, вы не москвичка? – бросил Василий.
- Нет. Вот из-за этого и не получилось, – спокойно произнесла Алевтина, - Он не мог бросить столицу, а я - престарелых родителей. Так мы и расстались. А тут мне сообщили, что Прохора больше нет. – Она утерла платком выступившие слезы.
- Но-но, не надо нам на жалость давить, - бросил грубо Василий. – Так и скажи, что приехала за наследством. Ничего не выйдет! Мы тебя знать не знаем, поэтому скатертью дорога, - и он указал Алевтине на дверь. Мать молчала, думая о чем-то своем. Поддержала родственника и молодая вдова.
- Какой сын? Ничего не знаю, - мне бы Прохор обязательно сказал, что у него есть внебрачный сын. Авантюристка! – бросила молодая женщина и тоже показала Алевтине на дверь.
- Ну, как хотите. Не хотите по-хорошему, не надо. Потом же жалеть будете, что не смогли договориться.
- Иди, иди, - напутствовали они непрошенную гостью. И только мать Прохора смотрела на женщину сочуственно-сострадальческим взглядом, но в разговор не вмешивалась.

Право имеет
Семья покойного уже забыла об Алевтине, его брат обхаживал молодую вдову, чтоб она ему продала свою долю. Она была не против, но стороны никак не могли сойтись в цене. Василий хотел дешево, а молодая вдова, посмотрев аналогичные объявления, просила примерно такую же цену. Так они и торговались до дня получения наследства. А в это время квартиру обживала дочь Василия, студентка.
Когда Василий привел маму к нотариусу, то она получила свидетельство только на одну треть квартиры. Он сначала очень удивился, но узнав, кто является третьим наследником, сильно возмутился. Он кричал, что это аферистка и не имеет права на наследство. Мол, ее надо привлекать к суду, а не документы давать. Нотариусу такое поведение не наследника сильно не понравилось, и она пригласила охранника, который и вывел Василия в коридор.
Вскоре к нотариусу вошла Алевтина. Она извинилась за опоздание, потом хотела еще что-то сказать, как сзади услышала громовой голос Василия:
- А, явилась аферистка! Это же надо, «оттяпала» треть квартиры ни за что ни про что. Где-то сына раздобыла, а сейчас записала Прохора в отцы и потирает руки.
- Хватит балаган разводить, - грозно крикнула нотариус. – У нее все по закону, все бумаги в норме, перестаньте ее третировать. Закройте дверь с другой стороны, иначе я вызову полицию, тогда вам мало не покажется.
После таких угроз Василий не стал больше ни с кем спорить, а тихо направился к выходу.
- Вы меня подождите немного, разговор есть, - миролюбиво сказала Алевтина мужчине.
- Еще чего, обойдешься, - буркнул тот и вышел к маме в коридор, аккуратно прикрыв дверь. Присев с ней рядом на стул, он стал размышлять: «У нее - доля. Это факт. По закону или нет – это надо идти в суд и доказывать, а пока лучше тянуть время. Выхода нет». И он стал ждать женщин. Те вскоре вышли, оживленно беседуя. Чтоб не возбуждать злость в мужчине, разговор начала его свояченица.
- Послушай, Василий, - тихо приступила она к разговору. – Алевтина предлагает продать квартиру и вырученные деньги поделить на троих. Это, мол, самое выгодное.
- Что? Продать? А как же моя дочка, она уже там живет. Да и мы привыкли уже одни, - снова взвился он, но потом, осознав, что злить женщин ему не выгодно, слегка «придержал коней». Он просто не знал, что им сказать, не было слов. В душе была буря чувств.
- Ну что скажешь? – снова робко спросила жена покойного.
- Ну, не знаю, может быть. Давайте подумаем. – Как-то несвязно произнес он. На том они и расстались.

Непрошенные гости
Почти неделю телефон Василия был недоступен, он консультировался. Потом встретился с женщинами. Был лоялен и вежлив. На встрече он сказал, что, как ему объяснили специалисты, скоро рынок пойдет вверх, тогда квартиру можно выгоднее продать. Мол, давайте еще чуть-чуть подождем. Женщины уже начали понимать, что тот что-то финтит, но терпели выходки мужчины, так как лишние 200-300 тысяч рублей были бы им совсем не лишними.
Вскоре Алевтине надо было уехать навестить сына. Как только ее поезд дал последний гудок, Василий тут же принялся обрабатывать молодую вдову. Он убеждал ее продать ему долю, пока Алевтина отсутствует. А чтоб «комар носа не подточил», оформим дарением. Мы же родственники, никто ничего не заподозрит. Молодая женщина долго сопротивлялась. Мол, как же так, он же обещал и прочее. А когда она услышала признание Василия, что он ни под каким предлогом не будет продавать квартиру, в которой сейчас живет его дочь, вдова сдалась, но выжала из того по максимуму.
Алевтина задержалась и вернулась только через 2 месяца. К этому времени доли мамы и свояченицы были уже в руках Василия. Владея двумя третями квартиры, тот «ходил королем». Это давало ему полное право на проживание. Василий быстренько прописал туда дочь, мало ли что, все же труднее будет его к чему-то принудить. К тому же ушлый мужчина еще подал заявление в суд на Алевтину, обвинив ее в том, что она мошенническим путем получила треть квартиры. Узнав реальную ситуацию, которая сложилась в ее отсутствие, женщина только пожала плечами:
- Тогда я свою долю продам посторонним лицам, - зло проговорила она. – Вот тогда попляшете!
- Ха-ха, продаст она, – ехидно усмехнулся Василий. - Завтра пойдем в суд, аферистка, держи повестку. Просили передать лично. Отнимут у тебя эту долю. Ишь, губы раскатала. Миллион захотела «срубить» ни за что ни про что. Иди, иди, встретимся в суде.
Алевтина могла бы туда и не ходить, но поразмыслив, поняла, что это не в ее интересах. И не ошиблась. Суд признал все правомерным. Долей та владеет на законных основаниях. От злости Василий даже позеленел, когда услышал такое решение районного суда. Он подавал кассацию в Мосгорсуд, но это ситуации не изменило. И этот суд признал, что все документы в порядке, ничего не нарушено. Отцовство Прохора было подтверждено документально.
А рынок между тем рос в цене. И даже доли стали стоить дорого. И когда Василий получил бумагу, в которой нотариус сообщал, что доля в квартире продается за 1 млн 950 тысяч рублей, пришел в дикую ярость.
- Она совсем одурела, – выговаривал он матери. – Пусть продает. Никого не пущу. Дочка моя будет жить! И точка!
Вскоре в квартиру постучали. Тихий женский голос из-за двери спросил:
- Кто там и что надо?
- Открывай, дорогая, хочу посмотреть свое новое место жительства, - с легким акцентом проговорил пришедший.
Девушка дверь не открыла, а срочно позвонила папе. Когда тот приехал, то двое щуплых рабочих вскрывали болгаркой дверь. Руководил процессом мужчина крепкого телосложения. Видя, что силой и криком тут ничего не добиться, Василий вызвал полицию. Когда прибыл вызванный наряд, мужчина восточной внешности предъявил стражам порядка свидетельство о собственности на долю в квартире. Посмотрев бумаги и проверив документы нового собственника, полицейские удалились. Мол, раз вы оба собственники, то разбирайтесь между собой в суде.
Василий в сердцах выругался, затем они, собрав вместе с дочерью ценные вещи, уехали домой. На следующий день Василий подогнал грузовик, погрузил туда новую мебель, и дочь на время разбирательств переехала к родителям. А разгневанный отец обратился с заявлением в суд о выселении непрошенных гостей.
Вениамин ВЫЛЕГЖАНИН

Комментарий…………………………………
Константин БАРСУКОВ, генеральный директор компании «РЕЛАЙТ-Недвижимость»:
Тут можно сказать одно: «Жадность порождает бедность». Василию, прежде чем идти в суд, надо было попросить у Алевтины копии документов, подтверждающих отцовство Прохора, и показать их юристу. Думаю, что этого было бы достаточно для того, чтобы понять бесполезность подачи искового заявления.
И понимая до конца всю ситуацию, можно было бы нормально договариваться. Тем более, что предложение Алевтины о продаже всей квартиры было самым правильным. Только так все собственники получили бы максимальную стоимость.
Вторая ошибка, которую совершил Василий – это то, что он не воспользовался преимущественным правом покупки и позволил продать долю Алевтины третьим лицам. Честно говоря, я не понимаю, чем он руководствовался. Может быть думал, что никто не купить 1/3 долю. Может быть считал, что его 2/3 больше, чем 1/3 и он будет «главным» хозяином. Но что есть, то есть. Он позволил продать долю квартиры третьим лицам, а кому еще нужна 1/3 доля однокомнатной квартиры, кроме как тех, кто специализируется на выкупе долей с целью заработать? Ведь жить в 1/3 доле невозможно.
В моей практике была ситуация, похожая на эту. Там бывшая жена точно так же позволила бывшему мужу продать ½ квартиры третьему лицу. И ей в целом повезло, так как человек, который купил эту ½ долю, согласился продать её не намного дороже, чем купил, всего на 500 тысяч рублей. И это на самом деле везение. Мы помогали этой бывшей жене оформлять ипотечный кредит на покупку доли, и до конца не были уверены, что в последний момент ей не поднимут цену. Но все обошлось.
Чем закончится дело тут, учитывая характер Василия, предсказать тяжело. Но скорее всего, для начала ему будут предлагать выкупить долю за цену раза в два превышающую ту, что он бы заплатил Алевтине. Либо продать свои 2/3 за цену раза в два меньше, чем он бы получил, продавая всю квартиру целиком.
Согласится он на это или будет «воевать» - предсказать нельзя. Одно можно сказать точно, шансов на то, что Василий победит в этой «войне» практически нет. Ведь вторая сторона получила собственность на законных основаниях. И собственность эта ей нужна, чтобы заработать деньги. Поэтому Василий в любом случае где-то потеряет, ведь его цель совершенно другая: получить всю квартиру целиком, чтобы в ней жила его дочь.
Поэтому завершить комментарий можно другой поговоркой: «Не рой яму другому, сам в нее попадешь!». Если бы Василий не хотел обмануть Алевтину, то все бы у него получилось.

Компания: ТРИУМФАЛЬНАЯ АРКА